International Philatelic Show
Международное филателистическое шоу

Москва, 27-29 сентября 2013, Moscow

Интересное

все статьи -->


На следующий год в Москве в здании Конгресс-центра Российской торгово-промышленной палаты состоится первая международная академическая филателистическая выставка «Россика-2013», посвященная 100-летию первых отечественных коммеморативных марок, так называемой «Романовской серии».

Но на будущий год мы отметим две памятных для отечественной истории почты и филателии годовщины – это 150 лет первых марок, выпущенных специально для городской почты Санкт-Петербурга и Москвы, а также 155 лет первой общегосударственной почтовой марки.

Истории ее создания, а также истории выпуска первых отечественных цельных вещей – «штемпельных кувертов» посвящается нижеследующая публикация, автор которой справедливо ставит вопрос о необходимости возврата подлинных реликвий истории российской филателии на Родину.

Президент НАФ, действительный член ЕАФ,

профессор Андрей Стрыгин

 

К  ИСТОРИИ СОЗДАНИЯ ПЕРВЫХ МАРОК И КОНВЕРТОВ РОССИИ

 

В 2012 году мы отмечаем пятнадцатилетний юбилей значительного события в филателистической жизни России. Впервые в нашей стране в 1997 году прошла Всемирная выставка, посвященная 140-летию первых общегосударственных марок.

К чести организаторов она прошла с подлинно русским размахом в самом центре Москвы, в Манеже.

Наши коллекционеры увидели коллекции королевы Англии Елизаветы Второй, князя-суверена Монако Ренье Третьего, Раймонда Кейси, Збигнева Микульского, Паоло Бианки и многих других коллекционеров.

Успешно выступили на выставке и наши корифеи: профессор Леонид Мельников и Манфред Добин, получив награды высшей пробы. «Пробу пера» показали Игорь Горский, Валентин Левандовский, Марина и Николай Мандровские, чьи коллекции впоследствии также получили высшие награды на международных и всемирных выставках.

Выставка всколыхнула интерес к филателии в регионах, активизировала работу наших клубов.

Мы узнали о знаменитых коллекциях россиян Федора  Брейтфуса и Агафона Фаберже, о подлинной истории создания первой почтовой марки и первых штемпельных конвертов.

И тут хотелось бы вспомнить о почтовых реформах 40-х - 50-х годов XIX века в России. Все начиналось со штемпельных  конвертов, а затем и подготовки к изданию Первой почтовой марки России.

Первыми ласточками современной почты России явились штемпельные конверты для городской почты Санкт-Петербурга и Москвы, а также княжества Финляндского. Все эти нововведения происходили в 1845 году.

Введение таких конвертов значительно упростило организацию пересылки частной  корреспонденции. В 1848 г. были введены штемпельные конверты общероссийского назначения, особенно интересен период использования таких конвертов изготовленных на бумаге с водяными знаками.

Первые проекты марок в России появились еще в 1854 году. По указанию Императора Николая Первого были заказаны и выполнены эссе для будущей марки в пражской фирме "Готлиб Хаазе и Сын". Это были марки прямоугольной формы с австрийским гербом в овале. Все сохранившиеся 4 проекта являются жемчужинами российской филателии

(рис. 1).

В это же время гравером и художником ЭЗГБ Яковом Рейхелем были выполнены проекты первой марки в виде круга как с Государственным гербом так и с головой бога "Меркурия"

(рис. 2).

Одна из таких проб с головой бога «Меркурия»  была приобретена путем обмена Центральным  Музеем Связи имени Александра  Попова в 1999 году и с тех пор украшает Государственную коллекцию.

В 1857 году старшим гравером ЭЗГБ Францем Кеплером была  предложена и изготовлена проба Первой марки прямоугольной формы с гербом России в овале марки. Эти проекты были одобрены Императором, а затем   утверждены Государственным Советом.

Все эти события хорошо описаны в статьях Василия Рахманова (1953 г.), сэра Джона  Вильсона, наших коллекционеров и исследователей Александра Гольштегге, Бориса Каминского, Юрия Лобачевского и других.

Все  было бы чудесно, если бы эти подготовительные материалы связанные с изданием штемпельных конвертов и первой марки  сохранились бы в нашей стране. Но в восьмидесятых годах XIX века значительное количество этих проектов и проб по разрешению Императора Александра Третьего оказались в коллекции великого русского собирателя, почтовых марок  почетного гражданина Санкт-Петербурга Федора Брейтфуса.

Еще в юности, находясь на учебе в Европе,  Федор (иногда его имя пишут, как Фредерик) Брейтфус увлекся коллекционированием знаков почтовой оплаты всего мира. По сведениям современников, к концу жизни  его коллекция  была в тройке величайших вместе с англичанином  Томасом Кеем Теплингом и французом Филиппом Феррари.

В 1911 году Федор Брейтфус продал иностранные марки английской фирме Стенли Гиббонса в Лондоне, а большая часть Русской почты, включая Финляндию, Польшу и Левант была куплена Агафоном Фаберже, ювелиром Императорского дома. Об этих покупках говорят сделанные рукой Агафоном Фаберже пометки, когда и у кого сделана покупка и показана  закодированная цена каждого лота. Эти жемчужины Российской почты очень хорошо представляют историю России, но, к сожалению они разлетелись по всему миру. Но это уже другая история.

"Первое - всегда таинственное и манящее". Под таким названием я подготовил экспонат  к выставке "Северный  Кавказ - 76". Основу его составили доступные в СССР мелкие номиналы  английских и французких колоний.

Мысль о коллекционировании первых номеров марок , особенно марок России, преследовала  меня многие годы. А в 1996 году я оказался на аукционе, который проводила аукционная  фирма "Коринфила" в Цюрихе (Швейцария). К счастью я был единственным российским коллекционером, присутствующим на этом аукционе. Продавалась великолепная коллекция филателистических материалов России Джорджа .Мертенса (Германия) под названием «Павловск».

Среди представленных лотов особенно выделялись 3 черно-белых пробы Первой русской марки, так называемые "чернодруки" с клеймом едора. Кеплера и 9 цветных адаптированных проб первой марки с водяным знаком "1" и пометками на обороте "NDE" (Norman Epstein").

В кармане денег было может быть на одну такую марку, но желание приобрести эти уникальные лоты не давало руке опускаться при торге. В результате 7 из 9 были куплены, восьмая  покорилась через 2 года при повторной продаже. Американский коллекционер ставший обладателем желто-оранжевой пробы с зеленым овалом в центре выставил этот лот снова на продажу в 1999 году. Правда цена этой уникальной пробы стала в результате торга более высокой

(рис. 3).

С чернобелыми пробами «чернодруками» все оказалось трагичней. Битующий аукционатор Беато Фолленвейдер задал вопрос участникам: "Предлагать каждую пробу отдельно или объединить их в один лот?". Я настаивал на продаже каждого из трех "чернодруков" отдельно. При просмотре этих проб я обратил внимание на дефект у одной из них и я решил не битовать ее.

Тогда мой «противник» заявил, что эти 3 лота сначала будут выставлены раздельно, а затем, если предложение на все лоты окажется  выше, то и победителем будет тот, который предложил эту цену.

Я в итоге  выиграл 2 пробы, но, когда начал оформлять покупку, оказалось, что эти 2 лота мне не достались. Паоло Бианки из Италии  выиграл все 3 лота. В 2008 году они были проданы на аукционе "Investphila" за 144.000 евро (лот 2081). Еще одно эссе было изготовлено фирмой "Готлиб Хаазе и Сын" комбинированным способом (размер 34х43) на картоне. Этот уникальный  проект впоследствии был подарен Императором Николаем Вторым Агафону Фаберже. Затем он был продан на аукционе "Investphila" в 2008 году за 156000 евро (лот 2082). На аукционе "Коринфила" в 1996 году я познакомился с владельцем,  так называемой коллекции "Павловск" Джорджем Мертенсом, человеком интересной судьбы, семейные корни которого относятся к шведам, а часть его близких родственников жили и имели бизнес  в Санкт-Петербурге, а так же занимались дипломатической деятельностью в России.

Этот страстный коллекционер в молодости ушел из состоятельной семьи, работал матросом на кораблях, занимался бизнесом в Азии и, наконец, стал  владельцем судоходной компании, головная контора, которой располагалась в Бремене (Германия).

В 1986 году на аукционе Хармерса в Нью-Йорке продавалась коллекция марок и писем Российской Империи Нормана Эпштейна. При осмотре марок встретились и  познакомились два больших любителя марок России Джордж. Мертенс и Збигнев Микульский. Не долго думая и видя так много редких позиций, в основном из коллекции Агафона. Фаберже, Збигнев Микульский предлагает - Джорджу Мертенсу: "Давай договоримся так - ты покупаешь первый лот, я второй и т.д. Так будет дешевле». (Об этом  мне рассказал сам Збигнев. Микульский). Когда на следующий день начались торги  Джордж Мертенс не выдержал и выторговал все 9 цветных проб марки № 1. Платил по тем временам  дорого. Вечером Джордж и Збигнев вновь встретились и договорились о том, что все таки надо действовать по-джентельменски. В результате так и оказались все редкости из коллекции Фаберже у Мертенса и Микульского, который на этом аукционе приобрел одну марку Тифлисской почты  и ряд редких писем, а Мертенс к пробам Первой марки прибавил пробы фирмы "Готлиб Хаазе и Сын", редчайший бланк предоплаты за поставку «Минеральных вод», квартблок пробы марки № 1, изготовленный на рисовой бумаге к Парижской выставке и многие другие редкости

(рис. 4).

Начиная с первых распродаж коллекции Агафона  Фаберже в 1939 году на аукционе Хармера в Лондоне, для Российских коллекционеров в настоящее время основная задача -отследить дальнейшее движение основных редкостей на последующих аукционах.

Коллекционеры Хуберт Госс (Англия), сэр Джон Вильсон (Англия),Норманн  Эпштейн (США), Мишель Липшюц (Франция), Збигнев  Микульский (Швейцария), Джордж Мертенс (Германия), Паоло Бианки (Италия) - вот далеко не полный список владевших в разные годы редкостями из коллекции Агафона Фаберже.

В 2005 году на аукционе Хелмана в Финляндии впервые был продан пробный рисунок марки № 1, выполненный старшим гравером, ЭЗГБ Федором Кеплером. Уникальная проба, выполненная на картоне, размером 3,6х2,3 см явилась прообразом первой марки России. Вместе с этим эссе в этом лоте были переданы фото, сделанное Агафоном Фаберже в 1933 году – сразу после проведения Всемирной выставки в Вене (WIPA-33). Кроме того была передана запись на картоне, сделанная рукой Агафона Фаберже  карандашом, о том что это ручная работа проекта Первой русской марки, выполненная Федором Кеплером.  К тому же рисунку мы получили записку о приобретении четырех проб, выполненных фирмой "Готлиб Хаазе и Сын". В этой записке указаны  время покупки, цвет, у кого куплены (Брейтфус, Зацепин) и закодированная цена покупок

(рис. 5).

А теперь о фото, которое сделал Агафон Фаберже. На этом черно-белом фото, кроме этой рукодельной ручной пробы едора. Кеплера и трех «чернодруков» мы видим 20 уникальных по сочетанию цвета проб Первой марки и 3 пробы, наклеенные на конверт.

После аукциона  Коринфила в 1996 году, нахождение 9 проб стали известны, а где же остальные 11 проб. Долгое время это было неизвестно, но в 2010 году коллекционер из России, живущий в США, выяснил, что в коллекции Швейцарского собирателя марок  Кестлинга, которая оказалась в почтовом музее Вашингтона, как  раз и находятся оставшиеся 11 проб. Они изображены на фото, сделанном Агафоном Фаберже (см. рис. 6, скан из коллекции  ИМЯКестлинга). И теперь для окончания истории знаменитой фотографии необходимо выяснить, где находится конверт с тремя пробами Первого номера (лот № , аукцион Хармерса, 1939 г.).  Если к этому памятному списку прибавить 3 утвержденных образца марок  1, 3, и 4 номера с номиналами 10, 20 и 30 копеек, в оригинальных цветах отпечатанных на простой бумаге  для II отделения  ЭЗГБ в январе 1858 года (ЦГИА СПб, фонд 1458, оп.2., д.377, лл.287-289 ) и трех утвержденных проектов, находящихся на хранении в ФГУП "Гознак" мы будем обладать сведениями, связанными с подготовкой и изданием Марки № 1 Российской почты.

Остается мечтать и стараться, чтобы эти « бриллиантовые блестки» истории Российской почты возвратились на Родину и заняли почетное место в государственной коллекции почтового музея имени Александра. Попова, который расположен в прекрасном здании в Санкт-Петербурге.

А теперь сказание о штемпельных конвертах. Однажды в 1993 году я прилетел в Нью-Йорк и первые визиты были к Полу Бушбаеву в аукционный дом Черстоун.

Я как всегда интересовался материалами по истории почты в России. Пол Бушбаев, владелец аукциона, выходец из СССР, показал мне лот состоявший из разного размера листов бумаги, вырезок для склеивания конвертов и два-три сложенных конверта без марок. Все они были с водяными знаками. Был лист на четыре водяных знака, полоска на три и разного размера с одним водяным знаком в виде герба России. При осмотре я увидел наличие в этом лоте всех трех видов водяных знаков, которые использовались для штемпельных конвертов. Пол задал мне вопрос «А, что с этим делать», у меня сразу родился план, создания экспоната общегосударственных штемпельных конвертов первого периода, когда использовалась бумага с водяными знаками (1848-1863гг.). Забегая вперед скажу, что в Испании на всемирной выставке в 2006 году за одностендовый экспонат я получил золотую медаль, что было редкостью.

А  тогда на этой встрече с Полом Бушбаевым я сразу заявил ему, что хочу купить этот лот. Пол подумал… цена была не малая, но я приобретением  был очень доволен. Почти все почтовые листы были с пометками Агафон Фаберже. На некоторых были надписи сделанные рукой Федора Брейтфуса или работников ЭЗГБ. Колличество отдельных листов совпадало с проданным лотом на аукционе Хармерса в 1939 г. (лот 364). Среди владельцев этого лота были Госс (Англия), Збигнев  Микульский (Швейцария) и Пол Бушбаев (США). На листах для штемпельных конвертов первого выпуска с водяным знаком виде герба России - двуглавого орла со скипетром и булавой, под орлом располагались почтовые рожки, а у орла в водяном знаке, который получил номер один просматривался широкий хвост. Весь герб размещался в прямоугольнике, а остальную часть листа занимали водяные знаки в виде сотовых утолщений бумаги. Но главное открытие не в этом, а в том, что перед первым выпуском конвертов был проведен тендер четырех бумажных фабрик: «Кайдановой», «Пьера Печаткина», «Ермакова и Фокина», а также государственной фабрики «Ропша». Об этом говорят записи сделанные на этих листах. Из этих записей можно выяснить вес и стоимость стопы бумаги, а так же даты изготовления. Тендер выиграла государственная фабрика «Ропша», которая смогла предложить большее количество листов к необходимому сроку и по более  низкой цене. Расположение водяного знака по диагонали листа и меньший вес - вот, что отличало бумагу фабрики «Ропша» от образцов остальных фабрик

(рис. 7).

Все это красиво выстроилось при оформлении экспоната, вот только лист с четырьмя водяными знаками по своим размерам с трудом размещался на стенде. После международных выставок в Португалии (2010г.) и в Финляндии (2011г.) мы решили отказаться от демонстрации этого листа в экспонате.

Этот лист  большого размера  и его очень хорошо показывать для обозрения в постоянном музейном стенде. Кстати, в музее Александра. Попова тоже имеется лист такого размера. Отличие только в том, что лист в нашей коллекции был расчерчен карандашом на шесть конвертов.

На ряду с редкостями в первых выпусках штемпельных конвертов, для городов Санкт-Петербурга и Москвы, штемпельных почтовых листов и штемпельных листов  совмещенных с раскроем конвертов среди общегосударственных штемпельных конвертов первого периода, особенно редкие - это  не прошедшие почту конверты номер один с десяти копеечным номиналом и прошедшие почту  третий и шестой номер тридцать копеек за лот (каталог Илюшина). Все эти конверты-штучные раритеты и хотелось бы подчеркнуть роль великих коллекционеров Федора Брейтфуса, Агафона Фаберже, Мишеля Липшюца и Збигнева Микульского сыгравших исключительную роль в сохранении этих раритетов. Можно отметить,что наиболее редкие из известных почтовых листов и штемпельных конвертов с раскроем листа, а также Московских конвертов в основном адресованы Тотину и Фрауенфельду. Возможно, что это сохранившиеся архивы, а может быть это были первые филателисты России.

Большое наследие в почтовой истории оставил Федор Брейтфус. Его переписка, уникальные экземпляры эссе  и проб первой  русской  марки  и конвертов- это громадный вклад великого коллекционера в историю почты России.

Почтовые отправления Федора Брейтфуса могут и сейчас служить примером правильного тарифного оформления, разнообразием видов конвертов и марок. Большая часть известных писем Федора Брейтфуса в отличном состоянии. Но это и понятно, ведь вся  корреспонденция отправлялась известным коллекционерам, в филателистические фирмы и аукционные дома.

В частности интересен пример с использованием двадцатикопеечного маркированного конверта с надпечаткой семикопеечного достоинства (№ 36, каталог Загворского). Можно предположить, что эти конверты не имевшие официального хождения Федор Брейтфус приобрел, причем если не весь малотиражный выпуск, то во всяком случае, значительное колличество  экземпляров. И несмотря на то, что официальный статус эта надпечатка не получила (каталог Ашера), мы находим очень интересные экземпляры этих конвертов отправленные Федором Брейтфусом Жану-Батисту Моэнсу и Филиппу Феррари уже говорит о многом.

И еще одно обстоятельство штемпельных конвертов первых выпусков сохранилось мало еще и по тому, что коллекционеры марок не собирали полные конверты, а только вырезки  штемпеля  из  конвертов, особенно  прошедших почту.

Вот такие наброски напоминают о нашей ответственности за судьбу материалов по истории почты нашей Родины.

 

Неоднократный призер Всемирных выставок

Заслуженный тренер России                                             Арнольд  Рысс



Архив анонсов

2021 © НАЦИОНАЛЬНАЯ АКАДЕМИЯ ФИЛАТЕЛИИ (НАФ) РОССИИ – российская общественная организация, объединяющая профессионалов-коллекционеров и призванная популяризировать и развивать филателию и смежные с ней дисциплины в обществе